Игорь Лебедев (kot_begemott) wrote,
Игорь Лебедев
kot_begemott

Category:

Гражданское общество, как оно есть


Когда в голливудской криминальной драме происходит убийство, а преступник не догадывается выбросить пистолет в ближайшую реку, мы знаем, что будет дальше: полицейский или агент ФБР велит помощнику пробить номер оружия по базе данных и быстро выяснит владельца; им окажется тот, кого подозревали меньше всех, семья убитого поблагодарит полицейского, и дело закроют. Есть только одно «но»: в реальности в современной Америке нет никакой базы данных, в которую вносились бы владельцы 300 млн пистолетов, винтовок и ружей, находящихся в частных руках.

Волшебная система, где по номеру можно узнать владельца, Большой Компьютер, в котором хранится информация, единый список, где учтено все-все оружие – ничего этого не существует. Что бы ни показывали в кино. Какими бы жаркими ни были дебаты после очередного массового убийства. Все запросы, направленные в «волшебную систему», оказываются в небольшой конторе Чарли Хаусера, федерального агента Бюро алкоголя, табака, огнестрельного оружия и взрывчатых веществ (АТО). О том, как работает и как не работает система по отслеживанию огнестрельного оружия в США, рассказывает большой материал GQ.

«Даже полиция пишет мне все время на электронную почту: “Вы можете вбить серийный номер и сказать, на кого записано оружие?” Они думают, что это как номер VIN у машины. Даже полиция. “Эй, ребята, можете там поторопиться и вбить номер?”», – рассказывает Хаусер. Вот правда: «У нас нет никакой регистрационной системы. Никто не регистрирует никакие чертовы пушки».

Когда полицейский из какого-нибудь уголка США хочет выяснить, кому принадлежит огнестрельное оружие, он не открывает специальную единую базу данных у себя на компьютере, чтобы за минуту узнать историю конкретного ствола. Вместо этого он отправляет запрос Чарли – в Национальный центр отслеживания (National Tracing Center, NTC), подразделение АТО, которое находится в невысоком, ничем не примечательном здании в 17-тысячном городке Мартинсберг, Западная Виргиния, в 148 км от Вашингтона.

Поразительно даже не то, что единой системы не существует, а запрос нужно отправлять в специальное ведомство. Поразительно то, что у этого ведомства нет компьютеров. Это следует понимать буквально: NTC запрещено иметь централизованную электронную базу данных. Таков федеральный закон 1986 года, предложенный Национальной стрелковой ассоциацией (NRA): не должно быть базы с данными владельцев огнестрельного оружия, в которой можно было бы осуществлять поиск. Объяснение? Регистрацию оружия в NRA считают катастрофой, ибо она даст правительству гипотетическую возможность конфисковать его и лишить простых американцев способа защищать себя. «Гитлер и Сталин, как и все диктаторы, устраивавшие геноцид в ХХ веке, массово конфисковали оружие перед тем, как начать геноцид, – написал один из активистов в публикации на сайте NRA. – Регистрация. Конфискация. Вымирание».

Поэтому вся информация NTC хранится в коробках, набитых бумагами, фотографиями и пленочными микрофильмами документов. Недавно появилось новшество: теперь можно конвертировать микрофильмы в формат PDF. Но сделать поисковую систему с номерами стволов или именами их хозяев по-прежнему нельзя. Если хочешь что-то найти – листай документы, разглядывай снимки. Все коридоры здания NTC уставлены коробками, они идут бесконечными рядами высотой с человеческий рост. По данным GQ, сюда ежемесячно поступает 2 миллиона новых записей продаже оружия. Все их нужно куда-то складывать. Если коробки не разобрать вовремя, их может накопиться больше 10 тысяч в одном помещении, и они весят столько, что могут обрушить этаж, говорит Хаусер. Чтобы пол не проваливался, NTC арендует портовые контейнеры: они стоят прямо на парковке перед зданием, набитые бесконечными коробками. Можно сэкономить место и оцифровать эти документы, но ввести их в единую базу данных все равно будет нельзя. Несколько десятков раз в день кто-то из сотрудников, отслеживающих какой-то ствол, открывает контейнер и роется в документах.

Последний раз Конгресс США озадачился созданием системы для контроля за огнестрельным оружием в 1968 году после серии громких убийств, напоминает GQ: сначала президента Кеннеди, затем Мартиан Лютера Кинга, почти сразу после – сенатора Роберта Кеннеди. Негодование в обществе было примерно как сегодня: слишком много оружия и сумасшедших, способных его купить, нужно регулирование. Проблему должен был решить закон «О контроле за огнестрельным оружием» (Gun Control Act) 1968 года – он ввел лицензии для продавцов, обязал их следовать определенным правилам, запретил продавать оружие преступникам, нелегальным иммигрантам и сумасшедшим. Но обязательной регистрации стволов и их владельцев он так и не ввел; как отмечает GQ, этого не произошло по той же причине, что и в 1986-м – благодаря оружейным лоббистам.

Единственное, чем закон связал номер пистолета, ружья или винтовки с их хозяином – это регистрационная форма 4473. Ее содержание – настоящая мечта для того, кто пытается найти владельца оружия, например, для полицейского. Там есть имя, фамилия, подпись, адрес, дата и место рождения, рост, вес, пол, национальность и раса, а иногда даже номер социального страхования. Это кладезь информации, способной помочь найти преступника или снять подозрения с невинного человека. Однако эти документы не стекаются в федеральное ведомство – они оставались и остаются до сих пор в магазине, продавшем оружие. Оружейных магазинов в США больше, чем ресторанов McDonald’s – свыше 55 тысяч. Сколько единиц огнестрельного оружия они продали, не знает никто, пишет GQ. Известно только, что в 2013 году американские компании произвели почти 11 млн стволов, и еще 5,5 млн было импортировано. Только тогда, когда магазин выходит из бизнеса, регистрационные формы отправляются в NTC, в коробки и контейнеры к Чарли Хаусеру.

«У нас скудный бюджет, – говорит Хаусер. – Тут вам не 10 тысяч агентов в каком-то утонченном месте. Это куча чертовых коробок. И сделанные через задницу записи».

Огромная часть работы состоит в том, чтобы рассматривать микрофильмы с копиями документов. Сотрудники за день отслеживают 1500 оружейных «следов», в год – 370 тысяч. Вместо поисковой системы им приходится полагаться на описания, данные полицейскими, а те, как ни странно, не всегда хорошо разбираются в оружии – отличить ствол такой-то марки от его копии, сделанной другим производителем, могут не все. Даже если с моделью пистолета разобрались, полицейский должен продиктовать специалисту NTC серийный номер, и это отдельная проблема. Серийные номера – это «запутанные клубки ада». Сначала полицейский диктует номер патента, а не серийный, затем ID импортера. Потом возникает проблема «буква О или цифра 0?». Заглавная буква «I» или строчная «l» или единица? Бывает, что серийные номера дублируются. Стоит получить неверную информацию, и поиск ствола зайдет в тупик.

После того, как серийный номер установлен, возможны два пути. Короткий – серия звонков производителю, импортеру, дистрибутору и конкретному продавцу конкретного пистолета по цепочке, последнее звено которой, продавец, достает из шкафа форму 4473 и диктует имя покупателя. Для этой работы в NTC есть специально обученные сотрудницы, которые совершают до 70 звонков, чтобы найти единственный пистолет. Обычно этот процесс занимает около недели, в срочных делах можно управиться за сутки; иногда все складывается идеально, и след находится за пару часов. Но порой в конце цепочки нет никого: магазин закрылся, – и тогда в NTC начинается поиск в бесконечных коробках, которыми заставлены все коридоры здания и из-за которых может обрушиться пол. Искать вручную приходится в более чем 30% случаев.

Эта работа сводит с ума, но никто не предпринимает усилий, чтобы сделать ее более эффективной, пишет GQ. На самом деле NTC – единственное место в США (если не считать поселений амишей), где технологии вне закона. Даже если закрывшийся оружейный магазин передает ведомству свои записи в виде электронной базы данных, Хаусер обязан распечатать их, а его специально обученные сотрудницы – сделать снимки и положить микрофильмы в ящики. Поисковая система запрещена, и правительство США делает все возможное, чтобы убедиться, что Хаусер не использует свои ресурсы для ее создания.

Эта система кажется нелепой, жестокой и неработающей. Правительство США и оружейное лобби сделали так, что пистолет, которым совершается тяжкое преступление, отследить сложнее, чем упаковку салата, купленного в супермаркете. Но даже там, где законы и поправки парализуют процесс, они не могут парализовать желание людей сделать что-то полезное. Несмотря на запрет технологий, недостаток персонала и ограниченный бюджет, хвастается Чарли Хаусер, его подразделение сегодня отслеживает вдвое больше единиц оружия, чем 10 лет назад, и делает это вдвое точнее и вдвое быстрее.

Источник: https://slon.ru/posts/72915
Tags: Запад_как_он_есть, феномен власти, цитаты
Subscribe
promo kot_begemott august 8, 04:34 123
Buy for 50 tokens
Если можете, поддержите хотя бы немного. Номер карты Сбера: 4276 3800 5961 1900. Кошелёк Яндекса: 410011324008123 Счёт Paypal kot_begemot_@list.ru На счёт Яндекс-деньги: Помощь в любую сумму будет принята с благодарностью.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments