Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

(no subject)


Христианство - необыкновенно гибкая, инновационная религия
Впервые в истории было провозглашено: человек выше субботы (то есть закона - Мк. 2:27).
Святая Русь приняла эту неординарную веру.
И мы даже знаем, кто именно у нас этот человек.
Buy for 500 tokens
Номер карты Сбера: 4276 7212 6680 0671 Карта Qiwi: 4693 9575 5957 3030 ЮMoney 4048 0250 0064 1608 ВТБ24 4893 4702 9762 1986 (Я пользуюсь картами моих друзей, Сбер - Алексей Николаевич Ф, остальные Елена Дмитриевна К.)

История в качестве мифа


Понятие «гражданская религия» ввел Жан-Жак Руссо еще в XVIII веке. Ему нужно было обосновать, что будет держать нацию вместе, сплачивать ее в отсутствие Божьего помазанника — монарха и его сакральной власти. В концепции Руссо гражданская религия поддерживается государством, состоит из определенных ценностей и правил, которые предполагают верность своей стране, но при этом в частной жизни граждане могут придерживаться любых верований. Это определяющий тезис, который поддерживали все, кто изучал гражданскую религию в дальнейшем, — в частности, американский социолог Роберт Белла, который в середине XX века подробно описал феномен гражданской религии в США. Белла считал, что в становлении такой религии в Америке сыграла большую роль гражданская война, когда смерть на полях сражений за родину обрела священный смысл, стала восприниматься как жертвоприношение. Важно, что гражданская религия не противопоставляет себя «настоящим» религиям, а как бы надстраивается над ними, вбирая в себя их символику и образы.

Гражданская религия едина, равна и обязательна для всех, при этом в частной жизни можно верить во что угодно, но соблюдая при этом ритуал лояльности. Ритуал этот в нашем случае позаимствован у «настоящей» религии — православия. Через узнаваемую форму — образы, действия, слова — гражданский культ легитимирует, кодирует себя как религию. Но это не более чем форма.

С другой стороны, о похожих механизмах писал и философ Вальтер Беньямин. В своем неоконченном эссе «Капитализм как религия» он, будучи левым, пользовался марксистским понятийным аппаратом, но сформулировал то, что рифмуется с концепцией гражданской религии: «Капитализм есть религия чистого культа, без догматики. <…> На Западе капитализм <…> развивался по отношению к христианству паразитически — таким образом, что в конце концов по сути история христианства есть история его паразита — капитализма».

Культ без догматики отсылает к гораздо более древним сюжетам — религиозной системе Рима, которая предписывала обряды, но не регулировала, во что верить. При этом власти интерпретировали отношения с богами и следили, чтобы граждане их не оскорбляли (что-то напоминает?). Французский историк Джон Шайд в своей классической работе «Религии Рима» писал, что у римлян, в отличие от авраамических религий, не было религиозной догмы, но зато были мифы и «одной из излюбленных форм мифа была история».

История в качестве мифа и запечатлена в мозаичных комиксах на стенах храма Вооруженных сил РФ.Collapse )

Религия, ничего не поделаешь


Постулирование возможности "общемирового развития" для России в 100% случаев означает западного.
И в 100% случаев основывается не на знаниях, но желаниях. "Чтоб страна стала нормальной" при жизни адепта данной религии.
Когда утверждают, "все люди одинаковые", подразумевают, что такие как в Европе. Или что должны стать такими. И тоже основывается на аналогичном желании.

Выживание и православие


По поводу текста "То, что между нами и Европой" читатель пишет:

"Между нами и европейцами стоит "русский бог". Особая трактовка христианства в духе платонизма, где общее всегда и без исключений важнее частного, и жизненная задача - стать выразителем общего и распорядителем от его имени.
Есть и другие редакции идеи Бога:) хотя, иерархичность и авторитаризм любых теистических воззрений в принципе очевиден - есть один глава на небе, должен быть и на земле"

В этом рассуждении всё поставлено с ног на голову. Collapse )

Религия и развитие


«Когда речь идет о владении книгами, то количественное различие имеет выраженный конфессиональный характер. Это особенно заметно, если сравнивать библиотеки соседствующих общин. К примеру, в Меце между 1645 и 1672 годами наличие книг регистрируется в 70% описей имущества протестантов, тогда как у католиков этот показатель равен 25%. Причем разрыв велик вне зависимости от социопрофессиональной группы: среди протестантов благородного происхождения книговладельцы составляют 75%, а среди католиков — 22%; среди правоведов - 86 и 29% соответственно, а среди медиков - 88 и 50%. В случае мелких должностных лиц контраст еще более велик у торговцев - 85 и 33%, ремесленников - 52 и 17%, «буржуа» - 73 и 5%, а наёмных и сельских работников - 25 и 9%. Протестанты не только чаще владеют книгами, но и обладают большим их количеством: у представителей свободных профессий, принадлежащих к «реформированным церквям», в среднем в три раза больше книг, чем у их коллег–католиков. Разрыв особенно велик в случае буржуа: тут библиотеки кальвинистов в десять раз превосходят по объему собрания католиков"

«История частной жизни. Т.3» под редакцией французских историков Филиппа Арьеса и Жоржа Дюби

Либерализм как религия


Для западной системы, в которой и придумали такую штуку как свобода, она есть инструмент.
Свобода вплетена в общий контекст. Помогает развитию.
Она постепенно выкристаллизовывалась в течении почти тысячи лет - пока не стала самостоятельной, осознанной ценностью.
И она связана много с чем - с уважением к закону, институтом репутации, западным индивидуализмом, Реформацией, Просвещением и гражданским обществом - которое, к слову, у нас невозможно.
А в целом, она там, скорее, инструмент. Когда надо - отменят. Потом снова разрешат.
Дело не в свободе. А в функционировании системы в целом. Свобода лишь составная часть её.

Так вот. Для русского человека, Запад - объект поклонения.
В советское время, когда Запад был недостижим, некоторые собирали пачки из под сигарет и пустые банки из-под пива. Выпущенные за границей, разумеется.
Всё, произведённое на Западе как бы сияло особым духом. Намекало на свободу.
В каком-то смысле это так и сейчас.
Свобода для либералов есть самостоятельный религиозный объект, наподобие Святого Духа, который "дышит идеже хощет".
То, что абсолютизируется. То, по чему меряют всё.
Общий аршин.
Запретили пару аниме («Тетрадь смерти» и «Инуяшики»), заблокировали ресурсы с ними - ах, какой кошмар!
Реакция в точности та, когда оскорблены религиозные чувства.

Самое обидное, что всё это не осознаётся.
Наши либералы искренне считают себя нормальными людьми.
А не религиозными фанатиками.

Чехов ошибается


В его «Черном Монахе» Коврин спрашивает: — А какая цель вечной жизни?

Вечная жизнь не может иметь цели, так как сама является в некотором роде целью. Вечная жизнь есть результат земной, загробное воздаяние.
Цель есть результат некоего процесса. Она предполагает процесс.
К загробной жизни понятие "процесс" неприменимо. Ибо процессы протекают во времени и пространстве, а тогда не будет ни того, ни другого. "И небо скрылось, свившись как свиток" (Откр. 6:14).

По отношению к Абсолюту понятие существования неприменимо.


Есть ли Бог?
Он и есть, и нет одновременно.
Тот, кто говорит "Бог существует" и "Бог не существует" одинаково правы.
Когда мы говорим "существует", то всегда подразумеваем пространственно-временное существование.
Бог же вне и пространства и времени, и одновременно в них.
Говорить "Бог существует" богословски некорректно.
Это перенесение на Бога нашего понятия существования.
Ну, и все вытекающие из этого следствия.
"Бог не фраер, правду видит".
Одновременно видит, и нет. Это иной тип (чуть не сказал бытия).
Это иное. В Боге всё иное.